Архив рубрики: Рекомендуем

Горшковая симфония

Семья Дзись
Семья Дзись

 История любви

Ольга: Мы с Андреем знакомы с детского сада, что называется, «сидели на соседних горшках». Я его любила с того самого времени — с детства, а он меня — нет. А когда мы пошли в первый класс, то я посадила рядом с собой за одну парту, сказав ему: «Садись сюда». Полгода мы просидели вместе, а потом он пересел. Помню, что это меня расстроило.

В школе Андрей нравился многим девочкам, думаю, половина девочек из нашего класса были неравнодушными к нему. Хотя он утверждает, что не знал об их симпатиях, у меня тогда были сильные переживания.

«Прозрел» Андрей на встрече выпускников. Я тогда училась на третьем курсе ярославского мединститута, а он на третьем курсе военного училища в Киеве. После той встречи выпускников мы стали встречаться. В августе 1995 года у нас была свадьба. И тогда я поймала себя на мысли, что добилась цели, вышла замуж за того, кого любила с детства, и мне вдруг стало неинтересно. Я подумала, что даже если у нас будет дети, но я встречу кого-то лучше, чем Андрей, то уйду от мужа. К тому же у меня был ужасный характер, я была очень гордая. Думаю, что если бы мы с Андреем не уверовали в Бога, то развелись бы. Бог пришел в жизнь нашей семьи вовремя — спустя три месяца после свадьбы.

После моего покаяния Бог изменил мое сердце. Пришла такая любовь к мужу, к родителям, которой до этого никогда не было. Я написала ему письмо любви, спрятала на полочку в шкафчик, а ему не сказала — хотела сделать сюрприз. Удивительно то, что когда он пришел домой, точно знал, словно сердце подсказало, что и где спрятано для него. А когда он прочитал письмо, то вдруг вспомнил, что ему этот момент когда-то снился. Вот такое чудо Бог сотворил.

Я скучала по Андрею, когда училась в Ярославле, а он служил в Переславле. Поэтому носила с собой его фотографию, всем показывала, какой у меня муж, и даже иногда от избытка чувств целовала фотографию. Вот какую любовь мне дал Бог. И с каждым годом она не уменьшается, а возрастает.

О Боге мне рассказал Бадри Ерадзе. До того, как он ушел в академический отпуск на четвертом курсе, мы учились в одной группе. Потом он восстановился на том же курсе, а я уже училась на шестом. Когда мы случайно встретились с ним в библиотеке, я пригласила его в гости, и он стал мне рассказывать о Боге. (Сейчас Бадри служит пастором церкви у себя на родине в Грузии).

Надо сказать, что перед этим меня одолевали разные страхи. Например, я боялась, что у меня будет рак груди. Я так много об этом думала, так переживала, что даже стала чувствовать боль в груди. Когда я пошла к врачу, то он сказал, что у меня мастопатия. Чего я боялась, стало приходить в мою жизнь. Когда я стала верующей, диагноз не подтвердился, а все страхи ушли.

Андрей: Когда Ольга приехала в Переславль, ее родители были смущены тем, что дочка стала верующей, переживали: не попала ли она в какую-нибудь секту? Тогда я решил поехать в Ярославль, чтобы разобраться, куда она ходит.

Сначала я встретился и побеседовал с Бадри, потом пошел на служение в церковь. Хорошо помню, что мы с Ольгой сидели в зале напротив дверей. Когда началось прославление, меня «накрыло»: навернулись слезы на глаза. Не было никаких сомнений, что там было Божье присутствие. Причем оно было такое явное, что я несколько раз оглянулся, потому что мне казалось, что кто-то, такой же родной и близкий, как отец, обнимает меня. Но никого рядом не было.

Бог стал напоминать мне сложные моменты в жизни, когда Он спасал меня. Оказывается, это было не просто везение, а Его помощь. Я тогда понял: Бог хотел, чтобы я оказался в церкви, и обратился к Нему с молитвой покаяния, посвятил Ему свою жизнь. В этом была Его воля.

На служении проповедовали об особенной Божьей любви к людям. Подробностей я не помню, но атмосфера была пропитана Божьей любовью. Я ее реально пережил, поэтому никаких сомнений в том, что Бог есть, у меня не осталось.


Служба

Андрей: В моей жизни сразу же начались изменения. Буквально в первый же рабочий день, я стал замечать, что что-то мне режет слух. Вдруг я понял, что это был мат. Раньше я даже не замечал, когда кто-то ругался. А после покаяния, я обнаружил, что мне это неприятно.

Спиртным я никогда не увлекался, потому что еще в военном училище видел, как у некоторых ребят приходила зависимость от алкоголя. И у них начинались серьезные проблемы со здоровьем, нравственностью, а затем — и по службе. Я видел, как алкогольная зависимость ломает им жизнь. Поэтому от алкоголя я легко отказался. И еще Бог помог мне бросить курить.

Мне важно было узнать, есть ли Божья воля в том, чтобы я остался служить в армии. На тот момент я был лейтенантом. И Бог показывал мне через Свое Слово, что Его воля в этом есть. Конечно, на службе узнали, что я верующий, и всячески меня проверяли. Но я доверял Богу и старался честно нести свою службу, поэтому со временем пришло повышение.

Меня всегда вдохновлял библейский пример сотника, веру которого отметил Иисус Христос. «Значит, Бог уважает военных», — думал я.

Важно то, что сказал Иоанн Креститель воинам, спросившим его: «А нам что делать?» Он ответил им: «Никого не обижайте, не клевещите, и довольствуйтесь своим жалованьем». На мой взгляд, это наставление актуально во все времена.

Меня часто спрашивают, а как же заповедь «Не убий?» Но это говорится о криминальном убийстве. Бог создал мужчину как защитника своей семьи, своей земли, о чем свидетельствует вся библейская история.

Когда мы с Ольгой уверовали в Бога, то сразу стали делиться своей верой с родными и близкими нам людям.

Я верю, что служить Богу и людям — это счастье.


Дети

Ольга: Нам есть за что благодарить Бога.

На шестом курсе института я забеременела. Еще был очень маленький срок, не было никаких видимых признаков, но одна девушка в нашей церкви, подошла и сказала мне, что ей был сон о том, что я беременна. Через некоторое время ее слова стали для меня большой поддержкой.

На третьей или четвертой неделе я пошла делать УЗИ, и врач мне сказал, что у меня «трубная беременность». А когда стал смотреть конкретно, то объявил, что у меня патология эндометрия (внутреннего слоя матки), и сказал делать «чистку». Однако я точно была уверена, что у меня не патология, а самая настоящая беременность. Точно в срок родилась Маша — наш первый ребенок.

Через три месяца после первых родов я забеременела второй раз, а на двадцать пятой неделе попала в больницу, так как у меня стал выходить камень из почки. Боли были сильнейшие. Угроза выкидыша была реальной. Мне и капельницу ставили, и большое количество антибиотиков кололи. Камень стал идти по мочеточнику, боли были такие, что казалось, что вставили нож в спину и проворачивали его. Мы и до этого с Андреем молились Богу о помощи, но в тот момент это была какая-то особенная молитва. Не сговариваясь, мы оба, он — дома, я — в больнице, сильно воззвали к Богу. И вдруг боль оставила меня и с того момента не возвращалась. Камень, судя по тому, как он двигался, должен был упасть в мочевой пузырь, но там он обнаружен не был. Даже врачи меня спрашивали, делая мне УЗИ: «А где камень? Он вышел?» Я говорила: «Не знаю, куда он делся». Так родился сын Артемка.

Во время третьей беременности, мы с Андреем попали в аварию. У нас машина была бежевого цвета, к тому же была зима, снежно, и водитель газели нас, по его словам, не увидел. И на повороте мы столкнулись лоб в лоб. Я была на первом сидении, рядом с мужем, и только успела сказать: «Андрей, машина». Андрей сильно ударился о руль, прогнул его, но сам остался цел, никаких переломов у него не было. А у меня была сильная боль с левой стороны около ребра. Оказывается, я ударилась о рычаг переключения скорости. Дыхание у меня сбилось, дышать было нечем. Муж испугался, пытался мне как-то помочь, а я даже ответить не могла, думала только о том, как бы вздохнуть. Еще я лоб себе разбила, и у меня текла кровь. Это была тридцать вторая неделя беременности, риск был очень высокий, могло произойти все что угодно со мной или ребенком. Меня сразу же отвезли в больницу. Потом, когда опасность миновала, Андрей сказал, что я вмяла животом бардачок в машине. Он стал по форме живота. Такой был сильный удар. Несмотря на случившиеся, родился младший сын Тимофей.

Эти три случая из нашей христианской жизни, пожалуй, ярче всего говорят о том, что Бог — наш Защитник. Чтобы ни случилось, Он наш Спаситель и Помощник. Мы полностью доверяем Ему нашу жизнь.

Пастор Андрей и Ольга Дзись,
г. Переславль-Залесский

Не похожий на других

Сергей Демидович и его семья
Сергей Демидович и его семья

— Вы выросли в семье христиан в то время, когда за веру в Бога преследовали. Чему научили Вас родители?

— Я очень благодарен моим родителям за то, что они всегда были для меня примером верных Богу христиан. Они живы до сих пор. Действительно, они верили в то время, когда это было не популярно, за христианские убеждения преследовали. Я вырос в таком братстве, которое было гонимо. Нас, детей, в школе на линейке, в училище всячески унижали. И я помню, как собрания верующих разгоняла милиция.

Родители вложили в нас, своих детей, основы веры, научили идти против течения. Течение может быть разное, сегодня тоже есть течения — течения эгоизма и сиюминутных удовольствий. Почти вся реклама кричит: «Бери от жизни все», «Ты этого достоин», «Бери кредит сейчас — отдашь потом», «Все для тебя». Нам, христианам, нужно уметь идти против такого течения, против подобной моды. У меня есть песня «Не такой как все», и я уверен, что мы призваны Богом быть солью земли, и как соль отдает свои сильные качества, свойства и делает пищу вкусной, пригодной, так и мы должны делать общество лучше. Мы можем заниматься благотворительностью, усыновлять сирот, делать телевидение, которое не призывает к развлечению и взращивает эгоизм, а сообщает добрые новости и пробуждает лучшие человеческие качества.

Наша семья жила в маленьком городе Зоренске Уральской области. Соседи смеялись над родителями, потому что нас, детей, было десять человек, я был шестым. Над моим отцом соседи надсмехались: «Ой, Алексей Андреевич, что ты нищету плодишь?!» Интересно, как Бог посрамил все это. Буквально полтора месяца назад я ездил в родной город и возил туда родителей. Когда мы приехали на улицу, где жили родители тридцать лет назад, то увидели, что многие наши бывшие соседи несчастны: кто-то развелся, кто-то спился сам или дети стали алкоголиками, кто-то был тяжело болен, у кого-то больные дети. А в нашей семье все хорошо: многие успешные служители, у всех хорошие семьи, все верны Господу, кто-то живет в Америке, кто-то — в Киеве. Соседи спрашивали нас: «Как же так, ведь вы были бедные, зашуганные?» И мы могли им проповедовать, свидетельствовать, что с Богом устраивать свою жизнь все-таки правильно.

— Как Бог дал Вам свою семью?

— 1 декабря этого года исполнится 21 год нашей совместной жизни с Аней. Она у меня очень красивая, и я благодарен Богу, что Он мне ее дал. Она нелегко мне досталась. С того момента, как я влюбился, и до нашей женитьбы прошло семь лет. Мне пришлось за Аню повоевать, ведь когда мы познакомились, она была неверующей, и я молился, чтобы она стала христианкой. Бог ответил на мою молитву, сначала она поверила в Бога, а потом согласилась быть моей женой. История моей верной и горячей любви к Ане стала для меня хорошим жизненным опытом. Я понял за эти годы, как работает вера — она двигается любовью. Для того, кто искренне любит, возможно все. С Аней мы родили двоих детей, троих приняли в семью.

Наши дети послушны и любят Бога. Я никогда не знал, что такое «кризис подросткового возраста». У моих детей этого не было. Я верю, что это благо, которое дает Бог людям, служащим Ему.

— Вы известны не только как пастор, но и как автор-исполнитель христианских песен, как ведущий телепередач на ТBN, каковы Ваши творческие планы?

— Большую часть моего времени и сил сейчас занимают телевизионные проекты. Я представляю канал ТБН на Украине, возглавляю продакшн-студию, которая производит, на мой взгляд, одни из лучших телевизионных проектов: «Два портфеля», «Другая перспектива», программу, посвященную усыновлению детей «Ты будешь найден» и другие. Творческих планов множество, буквально, до Нового года запустим несколько новых проектов.

Следующий этап своего творчества я вижу в роли продюсера. Мне нравится находить того, кому есть что сказать зрителям, и организовать для него съемочную площадку, создать условия для реализации его идей, замыслов.

Мой последний музыкальный альбом вышел в 2008 году под названием «Быть смелым». Это произошло как раз тогда, когда начались перемены в моей жизни — я занялся телевизионным служением. Точно знаю, что Бог дал мне сил, потому что я был совершенно неподготовлен к этому виду творчества. Моя работа на телевидении не зависит от моих способностей и талантов, а от Божьего помазания, Его силы. Это меня особенно вдохновляет.

— В своих выступлениях, проповедях, телепередачах, роликах, песнях вы постоянно поднимаете тему сиротства. Почему?

— Божья воля в том, чтобы у каждого ребенка была семья. Библия постоянно говорит о том, что истинное благочестие — заботиться о вдовах и сиротах. Я верю, что в России евангельские христиане могут делать гораздо больше в сфере усыновления сирот. На самом деле не так много христиан открыты для этого. Одна из церквей, которая работает в этом направлении, — ярославская «Церковь Божья». После моего прошлогоднего визита я увидел результат: более двадцати сирот приняты в семьи христиан. Я мечтаю о том, чтобы этот процесс нарастал, как снежный ком, хочу затронуть основные церкви России, ключевых служителей, чтобы после моего отъезда желание усыновлять детей не остыло, а захватывало все новых людей.

— Расскажите об украинском опыте в вопросе усыновления детей.

— По статистике на Украине более десяти лет назад сирот было 350 тысяч, в основном это были дети улиц. Созданный несколькими организациями альянс «Украина без сирот» и его деятельность привели к тому, что сейчас сирот 30 тысяч, и многих из них по некоторым причинам, например, по состоянию здоровья, нельзя усыновить. По словам представителей государственных служб, сказанных мне лично, 90% усыновителей — евангельские христиане. Это, безусловно, радует.

— Как Вы считаете, почему в России так мало сирот принимают в семьи?

— Я думаю, у славянских народов отсутствует культура усыновления, ее надо прививать. Когда кто-то из людей принимает в семью сироту, это вызывает у окружающих недоумение, особенно когда у родителей есть свои дети. У нас люди не думают об усыновлении. А когда они слышат свидетельства, песни, видят ролики, телепередачи, то начинают задумываться. Истории усыновления распространяют положительный опыт. Так изменяется мышление, возникает культура усыновления. Если это возможно стало на Украине, то и в России тоже такое может произойти. Я в это верю. Сейчас на Украине очередь за детьми, возраст которых превышает 9 лет, младше детей практически нет.

Беседовала
Ирина Манкина