Найденные дети

Интервью с координатором проекта «Ты будешь найден» – Петром Дудником

Петр и Тамара Дудник – родители восьмерых детей, шестеро из которых усыновленные или приемные. В 2003 году, получив от Бога откровение о важности усыновлении, Тамара и Петр инициировали проект национального усыновления «Ты будешь найден».

Петр – пастор церкви «Добрая весть» г. Славянск, высшее педагогическое образование. Восемнадцать лет счастливой супружеской жизни, учредитель центра социальной реабилитации детей «Паруса надежды». Соучредитель Альянса «Украина без сирот», имеет образование психолога, основатель школы «Основы супружества», Преподает «Основы супружества» в Славянском государственном педагогическом университете, автор программы по улучшению семейных взаимоотношений «Второе дыхание», ведущий телепрограммы «Ты будешь найден».

Тамара – лидер женского служения церкви «Добрая весть», ведущая телепрограммы «Ты будешь найден». Тамара – опытный консультант в вопросах супружества, воспитания детей и усыновления.

– Петр, как началось ваше служение сиротам?

– История нашего с Тамарой служения сиротам перекликается с историей семьи Сергея Демидовича. Мы с ним близкие друзья, дружим уже лет двадцать. И нами осуществлен не один совместный проект. Первый наш проект был музыкально-евангелизационный. Группа, которую мы создали, называлась «Шалом». Ее целью была проповедь Евангелия.

В 1998 году я был у своих друзей в Германии. Именно тогда ко мне обратился мой духовный отец, мой наставник, уже пожилой человек. Он позвал меня и сказал: «Питер, на протяжении трех недель Бог постоянно говорит мне о сиротах. Я видел сон о них, мне постоянно попадаются книги, и мысли о них не дают мне покоя. Давай каким-то образом служить детям-сиротам на Украине. Давай их кормить». Я ответил: «Это не моя тема. Вот если бы нужно было проповедовать Евангелие с помощью музыки, тогда да, это мое». В тот день я ему ответил «нет». На следующий день мы опять встретились, и он меня спросил, не передумал ли я? Я опять сказал, что это не моя тема. И тогда он рассказал мне историю, которая за одну минуту изменила мое мировоззрение. Позже я читал ее много раз, но тогда я услышал впервые.

После шторма по берегу моря шел мальчик. На берегу было много выброшенных волнами морских звезд. Их было тысячи.

Мальчик подбирал эти звезды и забрасывал обратно в море. За этой картиной наблюдал один человек. Затем он подошел к мальчику и спросил: «Зачем ты это делаешь? Ты же не можешь им всем помочь, всех спасти». На что мальчик ответил: «Может, всех и не спасу, но для тех, кого брошу в море, мое прикосновение станет спасением».

И мой наставник сказал: «Может быть, всех сирот на Украине мы и не спасем, но к кому прикоснемся – у тех будет другая судьба». Эти слова – «к кому прикоснемся» — сильно зацепили меня. И я решил помогать детям-сиротам.

– С чего вы начали?

– Наши друзья немного помогли нам финансами, и мы начали на Украине так называемый «суповой» проект. То есть мы пошли на вокзал, нашли четверых детей, которые дышали клеем, и предложили им покушать. Они согласились. Так начался этот проект.

Через короткое время мы каждый день кормили примерно шестьдесят детей горячим обедом. Вроде бы все было хорошо, мы реально помогали детям, кормили их, одевали, мыли, но вечером они должны были возвращаться на вокзал, в подвалы, в канализации, где жили, и это не давало нам покоя. Мы зашли в тупик. Наш «суповой» проект длился восемь месяцев.

– Что вы предприняли, чтобы спасти детей, оказавшихся в такой ужасной ситуации?

– Однажды осенью четверо детей сказали, что не хотят никуда идти потому, что живут под киоском, а на улице холодно и идет дождь. Так у нас начался детский приют «Паруса надежды». Если «суповой» проект осуществляла команда примерно из десяти христиан, то теперь помощь церкви должна была быть более значительной.

Когда мы организовали детский приют, ответственность была совершенно другого уровня. Мы должны были думать, где дети будут жить, во что одеваться, чем питаться. Мы взяли на себя полную ответственность за них. Конец 90-х годов — очень сложное время в нашей стране. Мы строили церковь, и у нас не было денег для приюта, у нас изначально не было цели его создать. Но была нужда и боль детей, и мы не могли на это закрыть глаза.

В скором времени тридцать сирот находились на постоянном обеспечении церкви. Мы не представляли трудности в воспитании детей, с которыми придется столкнуться. Это были дети улиц. Они могли жить по три, четыре, пять, шесть лет на улице.

Поведенческие модели некоторых из них напоминали поведение «маугли». У многих из детей была сломана психика. Большинство никогда не ходило в школу.

Служение детского приюта длилось четыре или пять лет. За это время мы пережили много Божьих чудес. Он постоянно помогал нам в воспитании сирот, с покупкой здания, с его ремонтом, с обеспечением детей. Но в какой-то момент мы осознали, что детский дом — это не совершенный путь служения сиротам. Когда им исполнялось восемнадцать лет, и они уходили из приюта, то многие из них возвращались к прежней жизни.

– Как вы начали принимать детей в семьи?

– Опыт принятия детей в семьи у нас появился во время работы приюта. Церковь была вовлечена в служение сиротам, и когда был, например, в приюте капитальный ремонт, то дети жили у христиан. Но мы еще не рассматривали принятие в семьи сирот как главное дело церкви.

– А когда это произошло?

– Параллельно с работой приюта мы начали служить в детской больнице. Так получилось, что у меня заболел ребенок, и жена была вынуждена лечь с ним в больницу. Там она столкнулась с категорией брошенных детей. О них мы вообще не думали, мы даже не знали, что дети-отказники существуют. Моя жена была в шоке, увидев пятнадцать брошенных младенцев. Больница вообще не приспособлена к тому, чтобы там находилось такое количество детей. Все, что делал персонал, – это пеленал и давал бутылочку. Там не было ни кремов, ни мазей, ни подгузников, никаких условий.

Тогда в нашем служении сиротам началась новая эпоха. И вот уже на протяжении одиннадцати лет каждый понедельник целая команда сестер моет, убирает, заботится и ухаживает за младенцами. Естественно, что многих отказников христиане разобрали по семьям.

– Как вы начали работать на национальном уровне?

–Однажды, когда я был на служении в другой церкви, Бог сказал мне, что если мы родим ребенка, то он будет тот, кто спасет тысячи. У нас двое кровных детей с Тамарой, и я подумал, что у нас будет третий. Через некоторое время моя жена забеременела, но на пятом месяце плод застыл, мы потеряли ребенка, и для нас это был шок. Для меня это был двойной шок.

Это была тяжелая утрата, но Господь помог нам в этот трудный момент, Он дал нам утешение.

Сегодня я понимаю, что слова о ребенке были пророческие. Рождение ребенка – это рождение откровения об усыновлении, которое спасет тысячи. И то, что произошло на Украине благодаря движению «Ты будешь найден», альянсу «Украина без сирот», и то, что происходит в России, является для меня пояснением того, что сказал мне Бог.

Это откровение – откровение об усыновлении действительно спасает тысячи детей. Когда мы удочерили первую девочку, я начал об этом проповедовать. Изучая Библию на тему сиротства, я отрыл для себя целый мир. И то, что было в моем сердце: эмоции, чувства – я говорил церкви. И семьи одна за другой стали брать детей. Сегодня, глядя на детский хор из сорока человек, я понимаю, что большинство из них — принятые дети. За девять лет наша церковь и дочерняя приняли примерно 130 детей.

На Украине, по всей стране мы осуществляем проект «Ты будешь найден». Его основная цель – поиск родителей для детей и детей для родителей. Только благодаря этому движению примерно 530 детей нашли семьи. И это великая радость.

– Что еще изменилось, благодаря этому движению?

– Изменилось отношение нации к сиротам. Усыновить ребенка стало честью, привилегией. Когда-то я говорил, что придет время в нашей стране, и за ребенком, чтобы его усыновить, будет стоять очередь. Мне тогда мало кто верил, это казалось невозможным. Но сегодня – это факт. Для того чтобы принять ребенка до девяти лет в семью, стоит очередь. Пока еще сложно найти родителей для четырех-пяти братьев-сестер. А троих детей берут. Когда-то это тоже было нереально: даже одного боялись взять.

В нашей семье помимо наших двоих кровных детей, шестеро приемных: Рамина, Настя (уже вышла замуж и родила нам внука), Дима, Сергей, Римма и Паша.

Мы верим, что страны могут быть без сирот, если церковь осознает это и возьмет на себя ответственность. Поэтому мы инвестируем в этот проект время, силы, средства. Мы твердо убеждены, что дети должны расти в семьях.

Беседовала Ирина Манкина